eho_2013 (eho_2013) wrote,
eho_2013
eho_2013

Category:

Своими глазами. Певица Надежда Плевицкая

Начало см.: http://eho-2013.livejournal.com/991808.html
http://eho-2013.livejournal.com/993206.html
http://eho-2013.livejournal.com/996414.html

Продолжаем листать страницы мемуаров певицы Надежды Плевицкой, рассказывающие о жизни в последние десятилетия существования Российской империи...


Поступление в хор Надежда считала большой удачей. Но ее ожидало испытание - хор отправился на гастроли в Курск, где девушку хорошо знали, где жила ее сестра и множество знакомых, от которых свое новое положение она предпочла бы скрыть. Поэтому начинающая певица решила во время пребывания в Курске сразу после выступлений хора прятаться в гостинице и на улицу даже не выглядывать.
Плевицкая вспоминала:

С какой тревогой я садилась в поезд, который увозил наш хор в Курск. Помню, среди ночи, в вагоне, я проснулась. Поезд стоял. Издали наплывал бархатный звон, и я сразу узнала родные колокола: мы приехали в Курск в три часа, на рассвете, когда там к ранней гудят колокола. Побежать бы по полям, через лесок, мимо деревенского храма, прямо в нашу избу, где ещё отдыхает от трудов своих мать, обнять бы родную, шепнуть «мама, я здесь», заглянуть в знакомые  уголки и помолиться у креста, на отцовой могиле.

Рано утром мы переезжали через город в «Европейскую гостиницу»  и по дороге я вспомнила,  что моя сестра Дуня обзывала эту гостиницу «непристойным местом». Как-то раз, когда я была ещё в монастыре, шли мы с Дуней по главной улице и встретили двух дам, очень ярко и нарядно  одетых. На мой вопрос, кто они, сестра с презрением ответила, что это арфянки из «Европейской гостиницы», и даже плюнула. Понятно, как велико было моё опасение, чтобы кто не увидел, как я буду входить в «непристойное место». Но переезд прошел благополучно. Разместили нас, учениц, в большой комнате, а рядом устроились семейства артистов и сами хозяева хора. Более шумный народ поселился от нас далеко, в другом конце коридора.

Я кроме репетиций — никуда, а над голосом работала усердно. Уже мне пророчили, что из меня выйдет хорошая капеллистка.

Но ненадолго хватило терпения отбывать добровольный арест и сидеть безвыходно дома. Как преступника тянет к месту преступления, так и меня тянуло погулять по Московской  улице да заглянуть в монастырский  двор... По  мудрым  советам  подружки  Нади,  я  надела  для этой прогулки шляпку с большими полями и густую вуаль, одолжив  и то и другое у наших певиц. Когда я так нарядилась и посмотрела в зеркало, то собой осталась довольна: узнать меня трудно, я сама не узнала в зеркале Дёжку. Шляпу я надела впервые и она особенно меняла моё лицо.

Однако, меры предосторожности оказались напрасными. Надежда лицом к лицу столкнулась на улице с сестрой (зачем-то пошла мимо дома, в котором та служила) и была опознана.

Мельком взглянув на меня, ...слегка задев локтем, прошла она. И вот, словно что вспомнив, повернула, забежала вперед, заглянула мне под шляпку и побледнела.

— А-а, барышня, пожалуйте-ка домой.

Схватила меня за руку, повела за собой. Я растерялась, сестра Дунечка дрожала, она думала, что ведёт за собой погибшее создание в шляпке. Я понимала, как мне будет трудно убедить сестру, что вовсе не такая я скверная и что хотя «Европейская гостиница» — место не очень пристойное, но и там есть уголок чистоты.

Дуня привела меня в кухню, сорвала с меня шляпку, бросила об пол, строго крикнула:

— Сиди!

И быстро ушла в мастерскую, к хозяину. Я сообразила, что она хочет взять  отпуск, чтобы немедленно отправиться со мною в деревню, и решила действовать. Подняла с полу эту несчастную певичкину шляпку и бросилась  из кухни на двор. Выбежала на улицу, крикнула извозчика, сунула ему рубль:

— Гони, что есть духу в «Европейскую».

Извозчик, верно, не удивился, что ему так щедро заплатили, раз «барышня» из «Европейской».


Но все же Надежду разоблачили, и теперь ей было нигде не укрыться. Вскоре в гостинице появилась плачущая мать, чтобы сделать еще одну попытку забрать дочь домой из этого "гнезда разврата". Дежке даже не сразу удалось уговорить мать зайти в гостиницу и подняться в номера, такой ужас та испытывала.

Привела я мать в комнату Александры Владимировны. Там у образов горела лампада. Бабушка в белом чепце сидела в кресле тихо, играя с внучкой. Мать этого никак не ждала. Она помолилась на образа, огляделась:

— О, да тут и старушка, Божий  дар, и лампадочка, знать не совсем Бога забыли.

Мать несколько часов провела в беседе с хозяйкой хора Александрой Владимировной, и та сумела ее уговорить оставить дочь в "артистках" и даже благословить. Мать смирилась:

— Да что с ней поделаешь? Все равно убежит. Вишь, какая она востроглазая. Вот пойду с батюшкой да с наставницами посоветуюсь. Уж очень большой грех быть ахтеркой, но, видно, с  Богом-то  и везде можно жить. А ты, Дёжка, что скажешь, можно тут жить и душу не загубить?

Я сказала, что прошу оставить  меня здесь, а сохранить себя можно везде, это зависит от самого человека.

Теперь Надежда могла учиться и выступать в хоре на полных правах. И на гастроли в Царицын отправилась с благословения матери. Там хор задержался на целый год. Надежда многому научилась, на сцене чувствовала себя все увереннее, гастроли в Астрахани уже не пугали, но... хор поджидала большая беда. Руководительницу хора Александру Васильевну, исполнительницу задушевных русских песен и романсов, похитили...
Милую Александру Владимировну… украли, ну да, просто украли. Только много позже выяснилось, что её украл богач перс и увез на своей яхте в Баку. Лев Борисович  Липкин, горячо любивший жену, едва не кончил самоубийством, да мы вовремя досмотрели. Об Александре Владимировне не было ни слуху ни духу, и без неё мы перебрались в Киев.
В Киеве Лев Борисович стал выпивать, а хор распался... Однако, чувство ответственности заставило концертмейстера пристроить всех девушек в другие труппы. Надежда попала в польскую балетную труппу, гастролировавшую в Киеве и южно-русских городах. Танцевать она особо не умела, ее выпускали на сцену для массовки и ставили в последнюю пару "у воды", на заднем плане. Но именно здесь у нее случилась любовь, и Надежда вышла замуж за солиста балета Эдмунда Плевицкого. Благословения на брак у матери пришлось просить по почте...


На этом "простонародный" период жизни Надежды Плевицкой завершился - она превратилась в настоящую даму. Хотя материально молодая семья Плевицких жила не всегда благополучно, от нравов и быта своего села Надежда уходила все дальше... Ее судьба преподнесла еще много сюрпризов - головокружительную вокальную карьеру от ресторанной певицы до звезды российской эстрады и любимой певицы императора, развод с мужем и новую любовь, войну, отнявшую у нее любимого человека, революцию и Гражданскую войну, давшую ей новую любовь - белого генерала Скоблина, эмиграцию, работу в качестве советского агента, заключение во французской тюрьме и смерть в годы Второй мировой войны...
Возможно, к мемуарам Плевицкой мы еще вернемся, чтобы внимательнее присмотреться к жизни артистов в предреволюционный период...


Посты из серии "Своими глазами":
Академик М.Н. Тихомиров: http://eho-2013.livejournal.com/979011.html
http://eho-2013.livejournal.com/979555.html
http://eho-2013.livejournal.com/980360.html
http://eho-2013.livejournal.com/980646.html

Писатель Л.А. Кассиль: http://eho-2013.livejournal.com/981495.html
http://eho-2013.livejournal.com/990391.html
Tags: Российская империя, история России, мемуары, музыка, начало ХХ века, певцы, своими глазами
Subscribe

Posts from This Journal “своими глазами” Tag

Buy for 40 tokens
Peter, Paul and Mary was an American folk group formed in 1961. Питер , Пол и Мэри — фолк -трио. Группа создалась в 1961 г. Peter, Paul and Mary was an American folk group … Постойте, а почему вспомогательный глагол to be (в форме прошедшего времени was…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments