March 15th, 2014

promo eho_2013 август 17, 2024 01:46 1185
Buy for 30 tokens
Я открываю виртуальную гостиную, чтобы каждый мог зайти сюда и встретить новых друзей. Не хочу называть это френдмарафоном, марафон это забег, а здесь будут уютные френдпосиделки. Милости прошу! Заходите в любое удобное время! Каждый может сюда заглянуть, представиться, немножко поболтать и…
джейн

О миражах...

Философ и писатель Иван Ильин, высланный в 1922 году из Советской России, писал в эмиграции:
«Прежней России нет… Это был не окрепший, но крепнущий и здоровеющий организм. Богател достолыпинский и столыпинский крестьянин-собственник. Умственно рос и креп рабочий. Развивалась промышленность высокого качества. Слагался и креп русский национальный капитал. Расцветала могучая кооперация. Море просвещения изливалось на все слои народа. Интеллигенция изболевала соблазны безбожия и слепой оппозиционности. Суд был идейный, честный и неподкупный. Отдельные отрасли управления далеко опередили Европу. О чиновничестве Столыпина берлинский профессор Зеринг писал: «Это европейская образцовая бюрократия, люди идейные, убежденные, знающие, честные инициативные, любая страна могла бы позавидовать такому кадру» Все это было; и всего этого нет… Русский народ выйдет из революции нищим».
Но на родине долго полагали, что Ильин описывал не подлинную жизнь, а «миражи эмиграции». Люди, пришедшие к власти в России, считали необходимым всячески порочить старую Россию, «мир насилья», который они старались разрушить по-возможности «до основанья». И чувствуя настроение власти, «интеллектуальные лидеры общества», поэты, писатели, журналисты, недавние кумиры, которые добились и славы, и денег, и вольготной жизни в годы правления Николая II, принялись яростно топтать память покойного самодержца.
Вопреки всем христианским и национальным традициям, запрещающим плохо говорить о мертвых, множество творческих людей стали искать слова и образы, годящиеся для того, чтобы представить низвергнутого императора в виде полнейшего ничтожества. Что двигало этими людьми? Искреннее чувство ненависти к Николаю II, желание угодить и выполнить заказ новой власти, стремление доказать верность большевистскому режиму и спасти себя от потенциальных репрессий?
Ложь, которой имя Николая Александровича опутали еще до его бессудной казни, потом лишь множилась, рождая все новые и новые дикие версии. Но даже те, кто не жалел черной краски, не всегда могли найти убедительные аргументы, чтобы представить покойного государя полным ничтожеством. К примеру, знаменитая революционная дама Лариса Рейснер, послужившая прообразом той самой комиссарши, что осталась в истории советской драматургии своим сакраментальным вопросом: «Ну, кто еще хочет попробовать комиссарского тела?», не раз возвращалась к личности царя. Работая над очерком «Чем они жили», написанном в 1920 году, мадам комиссарша провела большую исследовательскую работу, изучив личные письма, телеграммы и другие документы Николая Александровича, чтобы изыскать все, к чему можно хоть как-то придраться.
Collapse )