December 10th, 2014

promo eho_2013 august 17, 2024 01:46 1173
Buy for 30 tokens
Я открываю виртуальную гостиную, чтобы каждый мог зайти сюда и встретить новых друзей. Не хочу называть это френдмарафоном, марафон это забег, а здесь будут уютные френдпосиделки. Милости прошу! Заходите в любое удобное время! Каждый может сюда заглянуть, представиться, немножко поболтать и…
джейн

А не объявить ли конкурс? Добровольцы для участия есть?

Интересно поздравляем с Новым годом (32 гифки)

Александр aborigenarbata уговорил меня объявить  предновогодний конкурс на лучшую открытку. Это дело интересное, но непростое. Поэтому пока объявляю сбор желающих для участия в азартной борьбе. Если обнаружится достаточно добровольцев для здоровой конкуренции - конкурсу быть! И с призами. Живописцы, окуните ваши кисти)))
джейн

Матушка Елизавета. Великая княгиня Елизавета Федоровна. Часть 12

Продолжение. Начало см.: Ч. 1. http://eho-2013.livejournal.com/492622.html
Ч. 2. http://eho-2013.livejournal.com/493167.html
Ч.3.http://eho-2013.livejournal.com/494630.html
Ч. 4. http://eho-2013.livejournal.com/496289.html
Ч.5. http://eho-2013.livejournal.com/499440.html
Ч.6.http://eho-2013.livejournal.com/500876.html
Ч. 7. http://eho-2013.livejournal.com/502401.html
Ч. 8. http://eho-2013.livejournal.com/502620.html
Ч. 9. http://eho-2013.livejournal.com/506385.html
Ч. 10 http://eho-2013.livejournal.com/508720.html
Ч. 11 http://eho-2013.livejournal.com/511806.html

Елизавета Федоровна
Борис Савинков на страницах своих книг всегда представлял террористов, как исключительно благородных, интеллигентных, утонченных людей с оригинальным стилем мышления. О Каляеве он говорил:
"Я посмотрел на его бледное интеллигентное лицо с тонкими чертами, на его скорбные большие глаза, на худые нерабочие руки и промолчал. Я не мог знать тогда, что ему не будет соперников"... И Моисеенко казался Савинкову неординарным человеком: "Его молчаливость переходила в угрюмость, и люди, знавшие его недостаточно близко, под этой угрюмостью могли не заметить широкой и оригинальной натуры Моисеенко. (...) Он придавал мало значения мирной работе, с худо скрываемым пренебрежением относился к конференциям, совещаниям и съездам. Он верил только в террор".
Верил только в террор... Непонятно, что легло в основу этой веры - террористические акты к 1905 году ежемесячно уносили сотни жизней, жестоко и бессмысленно, без всякой пользы для отечества, и все же боевая организация эсеров с маниакальным упорством стремилась убивать всех неугодных...
Эти люди, игравшие жизнями, и чужими и своими, считали себя одной семьей, спаянной чуть ли не мушкетерским братством.
Савинков вспоминал: "Если дело Плеве сплотило организацию, связало ее тем духом, который впоследствии Сазонов (Егор Сазонов - боевик, бросивший бомбу в экипаж Плеве и приговоренный за убийство министра к каторге. - Е.Х.) определял как дух "рыцарства и братства", то наша работа в Москве еще более упрочила эту связь. Я могу без преувеличения сказать, что все члены московского отдела... представляли собой одну тесную и дружную семью. Этой дружбе не мешала разница характеров и мнений. Быть может, индивидуальные особенности каждого только укрепляли ее. Я склонен приписывать исключительный успех московского покушения именно этому тесному сближению членов организации между собой".
Итак, "дружная семья" террористов, скрепленная узами "рыцарства и братства", готовилась к убийству великого князя... Однако судьба несколько раз давала Сергею Александровичу возможность спастись. Уже подготовленное покушение по тем или иным причинам срывалось. Может быть, усиление охраны, бдительность полиции или переезд в другой город после отставки с поста губернатора могли бы помочь. Но никто не задумался о реальном масштабе угрозы. И сам великий князь считал недостойным прятаться от каких-то мальчишек с бомбами...Collapse )