eho_2013 (eho_2013) wrote,
eho_2013
eho_2013

Category:

Изгнание из Нащокинского переулка. Осип Мандельштам

Рассказав о жизни Михаила Булгакова в писательском кооперативе в Нащокинском переулке (на улице Фурманова), я еще не завершила разговор о жителях этого дома.

mandelshtam
Осип Эмильевич Мандельштам

Среди соседей Булгакова встречается много известных имен, но особое внимание привлекает имя Осипа Мандельштама.
В отличие от обиталища Булгаковых, квартира Мандельштамов не была уютной - Анна Андреевна Ахматова, бывавшая в их доме наездами из Ленинграда, отмечала: "...Тень неблагополучия и обреченности лежала на этом доме". Супруга поэта, Надежда Мандельштам, воспринимала бытовую неустроенность как нечто естественное. "Нищета была всеобщей, и только дочери победителей и "гордячки-суки" планомерно из нее выбивались. Число их умножалось с годами, но я уже знала, что мы принадлежим к разным классам". (Надежда Мандельштам. Вторая книга: воспоминания).

мандельш_nadejda
Надежда Мандельштам

В ноябре 1933 году Мандельштам написал свое знаменитое "Мы живем, под собою не чуя страны...", и над домом поэта витала тень более зловещая, чем призрак нищеты... Тогда же у него родились горькие строки:
                        Квартира тиха, как бумага,
                        Пустая, без всяких затей, -
                        И слышно, как булькает влага,
                        По трубам внутри батарей.

                        Имущество в полном порядке,
                        Лягушкой застыл телефон,
                        Видавшие виды манатки
                        На улицу просятся вон...

Приезжая к Мандельштамам, Анна Андреевна Ахматова останавливалась в их маленькой кухоньке. "Газа тогда еще не провели, - вспоминала Надежда Мандельштам, - и я готовила нечто вроде обеда в коридоре на керосинке, а бездействующая газовая плита из уважения к гостье покрывалась клеенкой и маскировалась под стол". (Надежда Мандельштам. Воспоминания).
Кухня в квартире Мандельштамов именовалась "капищем", и это название прилепилось тоже благодаря Ахматовой. Однажды гонорар за поэтическое выступление где-то в совхозе Мандельштам получил "натурой" - овощами. Сырые корнеплоды выложили на кухне для просушки. Гостившая в Москве Ахматова восседала среди живописных кучек моркови и свеклы и казалась богиней плодородия. Кто-то из пришедших к Мандельштамам знакомых обратился к ней: "Ну, что вы сидите здесь, как идолище в своем капище? Пошли бы лучше на какое-нибудь заседание посидели!"
Так "капищем" кухню Мандельштамов и прозвали.


манд.ахмат
Осип Мандельштам и Анна Ахматова

В ночь с 13 на 14 мая 1934 года Анна Андреевна была в Москве и привычно "восседала в капище" в доме Мандельштамов. Они заговорились с Надеждой Яковлевной на кухне, когда в час ночи в дверь постучали. "...Раздался отчетливый, невыносимо выразительный стук. "Это за Осей", - сказала я и пошла открывать", - вспоминала Надежда Мандельштам.
Предчувствие не обмануло ее - в дом вошли сотрудники ГПУ.
"Ордер на арест был подписан самим Ягодой. Обыск продолжался всю ночь. Искали стихи, ходили по выброшенным из сундучка рукописям, - вспоминала Ахматова. - Мы все сидели в одной комнате. Было очень тихо. За стеной, у Кирсанова, играла гавайская гитара. Следователь при мне нашел "Волка" и показал Осипу Эмильевичу. Он молча кивнул. Прощаясь, поцеловал меня. Его увели в 7 утра".
Кара для Мандальштама оказалась относительно мягкой. После ТАКИХ стихов про Отца народов - не расстрел, не лагерь, а всего лишь высылка в Чердынь, да еще с разрешением ехать в сопровождении жены. Тогда никто еще не понимал, что это только первый круг ада, что Мандельштама еще ждут и травля в печати, и самая страшная нищета, и предательства друзей и знакомых ("Я поставлен в положение собаки, пса... Меня нет. Я - тень. У меня только право умереть", - писал Мандельштам Чуковскому в 1937 году).
Впереди был еще и второй арест 2 мая 1938 года, Бутырская тюрьма, "каторжный" эшелон на Колыму и страшная безвестная гибель в транзитном лагере под Владивостоком... (И даже после смерти не дают соотечественники покоя душе поэта - в 1999 году был варварски обезображен памятник Мандельштаму в месте его гибели на Дальнем Востоке; после восстановления он еще не раз осквернялся).

манд.пам.владивосток
Памятник О.Э. Мандельштаму во Владивостоке, фото найдено по адресу:
http://sescha.info/forum/viewtopic.php?p=45939&sid=ad56b5befbd4ddadc3e2efc405dd9a35

Тогда, в мае 1934 года, после первого ареста в Нащокинском преулке, эта трагическая цепочка событий была еще никому не видна... Арест, обыск, конфискация рукописей, ссылка в Чердынь - это тоже было страшно и тяжело.
Когда Мандельштамов высылали, денег у Надежды Яковлевны не было совсем. Ахматова отправилась по знакомым с просьбой помочь и зашла к соседям Булгаковым. Елена Сергеевна, узнав о случившемся, заплакала и отдала Анне Андреевне все свои деньги. Об этом вспоминали и растроганная Ахматова, и сама Надежда Яковлевна.
На Булгаковых трагедия Мандельштама произвела страшное впечатление, и дело было даже не в слезах сочувствия и не в материальной помощи. Вероятно, неосознанно Михаил Афанасьевич примерял подобную судьбу на себя - уже тяжело больному, незадолго до смерти ему казалось, что пришли сотрудники ГПУ конфисковать рукопись романа "Мастер и Маргарита". Он просил Елену Сергеевну помочь ему встать с постели и дойти до письменного стола, чтобы убедиться, что с рукопись на месте.

булг.2.
Больной Михаил Булгаков

При всем том Мандельштам и Булгаков, ровесники, соседи, литераторы, обладающие честным, далеким от советской конъюнктуры, взглядом на жизнь, не были друзьями, и даже почти не общались. Может быть, потому что не знали лучших, самых искренних и потому неопубликованных, произведений друг друга... Может быть, Мандельштамам судьба Булгаковых казалась слишком благополучной в сравнении с их собственной... Может быть, какие-то сплетни, циркулирующие в литературных кругах, или неизвестные нам недоразумения вызвали некоторую взаимную холодность. Надежда Яковлевна не удержалась даже в своих поздних мемуарах от колкости в адрес Михаила Афанасьевича: "Дурень Булгаков, нашел над чем смеяться: бедные нэповские женщины бросились за тряпками, потому что им надоело ходить в обносках, в дивных юбках из отцовских брюк. Да, надоело, и нищета надоела, а сколько усилий требовалось, чтобы помыться в огромном городе, где первым делом уничтожили все ванные комнаты".
Надо носить в сердце какую-то застарелую обиду, чтобы так воспринимать булгаковский текст, изящную сцену в варьете из "Мастера и Маргариты"...
И все же два эти имени и две судьбы, сплетенные воедино, остались в Нащокинском переулке, откуда так старательно изгоняли память о них.

нащок.пер.3.1
Писательский дом в Нащокинском переулке незадолго до сноса

"Мировые города, как Париж, Москва, Лондон, удивительно деликатны по отношению к литературе. Они позволяют ей прятаться в какой-нибудь щели, пропадать без вести, жить без прописки, под чужим именем, не иметь адреса. Смешно говорить о московской литературе, так же точно, как и о всемирной. (...) Непредубежденному человеку может показаться, что в Москве совсем нет литературы. Если он встретит случайно поэта, то тот замахает руками, сделает вид, что страшно куда-то спешит, и исчезнет в зеленые ворота бульвара, напутствуемый благословениями папиросных мальчишек, умеющих как никто оценить человека и угадать в нем самые скрытые возможности" (Осип Мандельштам. "Литературная Москва").
Tags: Булгаков, Мандельштам, история Москвы, литература, поэзия, репрессии
Subscribe
promo eho_2013 august 17, 2024 01:46 1146
Buy for 30 tokens
Я открываю виртуальную гостиную, чтобы каждый мог зайти сюда и встретить новых друзей. Не хочу называть это френдмарафоном, марафон это забег, а здесь будут уютные френдпосиделки. Милости прошу! Заходите в любое удобное время! Каждый может сюда заглянуть, представиться, немножко поболтать и…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments